Встроенный крупнокалиберный четырёхствольный пулемёт ЯкБ-12,7, установленный на Ми-24В, неплохо подходил для борьбы с живой силой и небронированной техникой. Известен случай, когда в Афганистане густой очередью ЯкБ-12,7 был буквально перепилен пополам автобус с мятежниками. Но у экипажей вертолётов и в особенности у оружейников ЯкБ-12,7 особой популярностью не пользовался. В ходе боевых действий выявились серьёзные недостатки пулемёта. Сложность конструкции и высокие тепловые и вибрационные нагрузки приводили к частым отказам по причине загрязнения и перегрева. Также выявились проблемы с подачей патронной ленты. При длине очереди около 250 выстрелов пулемёт начинал «плеваться» и клинить. В среднем один отказ происходил на каждые 500 выстрелов, и это при скорострельности 4000—4500 выстр/мин.

Нельзя сказать, что не предпринималось мер для повышения надёжности встроенной пулемётной установки. Так, на испытания был предъявлен ЯкБ-12,7 с улучшенной надёжностью и темпом стрельбы, увеличенным до 5000 выстр/мин. Но при этом вес модернизированного пулемёта достиг 60 кг, что было на 15 кг тяжелее ЯкБ-12,7. К тому моменту военные во многом разочаровались пулемётным вооружением, установленным на вертолёте огневой поддержки. Дальность эффективного огня 12,7-мм пулемётов оставляла желать лучшего, кроме того, командование армейской авиации хотело иметь встроенное вооружение, с помощью которого можно было поражать бронетехнику и укрепления полевого типа. В связи с этим в 1981 году началось производство «артиллерийской» модификации Ми-24П. Всего за 10 лет серийного производства было построено 620 машин.

Ми-24П

По своим лётным характеристикам, составу БРЭО и подвесного вооружения вертолёт в целом аналогичен Ми-24В, и отличался наличием неподвижной 30-мм пушки ГШ-2-30 (ГШ-30К), установленной по правому борту. ГШ-30К со стволами, удлинёнными до 2400 мм, оснащается испарительной системой охлаждения и имеет переменный темп стрельбы (300-2600 выстр/мин).

Стволы пушки удлинены на 900 мм не только для повышения баллистических характеристик, но и по компоновочным соображениям — для отвода дульных газов вперёд, подальше от борта машины. По той же причине стволы вертолётной ГШ-З0К оснастили пламегасителями, снижающими воздействие ударной нагрузки на борт Ми-24П.

Бронебойно-разрывной снаряд БР-30 с начальной скоростью снаряда 940 м/с, на дистанции до 1000 м легко поражает БТР и БМП. При определённой доли везения из ГШ-30К можно пробить верхнюю относительно тонкую броню танка, «прогрызть» длинной очередью борт или корму. Впрочем, 30-мм авиапушка оказалась слишком мощной и тяжелой для установки на боевой вертолёт.

Сокрушительная отдача неблагоприятно сказывалась на надёжности БРЭО, а достойные цели для столь мощного орудия не всегда находились. При действии против противника с сильной наземной ПВО гораздо предпочтительней ПТУР и мощные НАР С-8 и С-13, поскольку во время стрельбы по наземным целям из пушки вертолёт больше уязвим для зенитного огня.

Пара Ми-24П ведёт огонь НАР и из 30-мм пушки/

Слишком мощная и тяжелая ГШ-30К к тому же закреплялась неподвижно, и огонь из неё мог вести только пилот, управляющий вертолётом и осуществлявший сброс бомб, и пуск НАР. Таким образом, штурман-оператор, в чьём распоряжении находилась станция наведения ПТУР, в локальных конфликтах малой интенсивности и разного рода «антитеррористических» операциях часто оставался без работы.

Для относительно малоскоростного вертолёта очень ценным качеством была возможность применения подвижного стрелково-пушечного вооружения и обстрела цели вне зависимости от направления полёта. Оценки различных вариантов встроенного вооружения показали, что гораздо эффективнее будет подвижная установка с 23-мм пушкой.

Ми-24ВП

Вертолет с новой пушечной установкой получил обозначение Ми-24ВП. По сравнению с ЯкБ-12,7, на новой пушечной турели НППУ-24 с двухствольной пушкой ГШ-23Л при неизменном секторе обстрела в горизонтальной плоскости отклонение пушки по вертикали стало возможным в диапазоне от +10° до -40°.

Ещё одними новшеством, введённым на данной модификации «двадцатьчетвёрки», стал ПТРК «Атака-В», созданный на базе «Штурм-В». Отличием от «Штурма» стало использование новой обзорно-прицельной системы с лазерным дальномером и оптическим, телевизионным каналом. Во время применения противотанкового ракетного комплекса вертолет может маневрировать с углом рысканья до 110° и креном до 30°.

ПТУР «Атака-В» и блок НАР Б-8В20А

Новая ПТУР 9М120 с тандемной кумулятивной БЧ, созданная на базе ракеты 9М114 комплекса «Штурм-В», благодаря применению более мощного двигателя имеет увеличенную до 6000 м дальность стрельбы, а также более мощную боевую часть, с бронепробиваемостью более 800 мм за динамической защитой. Помимо ракет с тандемной кумулятивной БЧ, разработаны варианты с боевой частью кумулятивно-осколочного и осколочно-фугасного типа.

Наибольшая эффективность применения ПТРК «Атака-В» достигается на дальности до 4000 м. При этом возможен запуск ракет при нулевой высоте полёта, что снижает уязвимость вертолёта от систем ПВО. Вероятность поражения танка одной ракетой в боевой обстановке на дальности до 4000 м составляет 0,65-0,9. Позже для использования в составе ПТРК «Атака-ВМ» разработана ПТУР 9М120М с дальностью пуска до 8000 м и бронепробиваемостью 950 мм.

Модернизированный Ми-24ВН, представлявший собой дальнейшее развитие Ми-24ВП, оснащался обзорно-прицельной системой «Тор» с лазерным дальномером и оптическими, телевизионными и тепловизионными каналами. Система «Тор» помимо поиска и сопровождения целей используется и для наведения ПТУР.

Ми-24ВП стал самым совершенным боевым вертолетом, запущенным в серию в Советском Союзе. Производство Ми-24ВП началось в 1989 году, и длилось до 1992 года. Ввиду сокращения военных расходов и развала СССР вертолётов данной модификации построили относительно немного. Путём глубокой модернизации Ми-24ВП в 1995 году был создан Ми-24ВМ (Ми-35М). Серийное строительство вертолета налажено на предприятии «Росвертол» в Ростове-на-Дону.

Ми-35М

Первоначально Ми-35М создавался исключительно с экспортным прицелом. Но вызовы, с которыми столкнулась наша страна в 21 веке, и «естественная убыль» более ранних модификаций «двадцатьчетверок» потребовали оснащения вертолётных подразделений новыми ударными машинам. Согласно данным, опубликованным в открытых источниках, начиная с 2010 года МО РФ заказало 49 Ми-35М.

Наиболее заметным отличием Ми-35М от вертолётов семейства Ми-24 стало неубирающееся шасси, что позволило упростить конструкции и уменьшить взлётный вес. В то же время благодаря применению более мощных двигателей ВК-2500-02 с повышенной высотностью и увеличенным ресурсом максимальная скорость ввиду увеличения лобового сопротивления уменьшилась не сильно и составляет 300 км/ч. Другой заметной особенностью стало использование укороченных крыльев с балочными держателями ДБЗ-УВ, которые позволяют устанавливать на вертолет многоместные пусковые устройства АПУ-8/4-У, используемые для размещения управляемых ракет. Помимо ударного вооружения в арсенал вертолёта введены ракеты для борьбы с воздушными целями: «Игла», Р-60М и Р-73. Укороченное крыло с новыми держателями дало возможность ускорить снаряжение Ми-35М различными видами авиационного вооружения при помощи подъёмного механизма.

Для улучшения лётно-технических характеристик Ми-35М и маневрирования на скорости, близкой к нулевой, используется новая несущая система. Среди внедрённых новшеств — несущий винт повышенной живучести, лопасти которого изготовлены из композиционных материалов. Лопасти винта имеют меньшую массу и увеличенный технический ресурс. Они сохраняют работоспособность даже при простреле 30-мм снарядами. Вместе с несущим винтом применяется новая втулка из титанового сплава с эластомерными шарнирами, которые не требуют смазки. Четырехлопастной рулевой винт с двухъярусным Х-образным расположением лопастей и торсионной подвеской также производится из композиционных материалов.

Улучшения, внесённые в состав БРЭО, не так бросаются в глаза, но имеют не меньшее значение для повышения боевого потенциала. Вертолёт оснащен модернизированной обзорно-прицельной системой ОПС-24Н, совместимой с аппаратурой ночного видения. На вертолёте Ми-35М установлена тепловизионная система наблюдения и сопровождения целей, а также приборы ночного видения. Это даёт возможность экипажу обнаружить и распознать цель на расстоянии в несколько километров в любое время суток. Система спутниковой навигации, связанная с бортовым компьютером вертолета, с высокой точностью определяет координаты вертолёта в ходе выполнения задания и в разы сокращает время прокладки маршрута. Всё это даёт возможность эффективного всесуточного боевого применения вертолёта и позволяет существенно снизить нагрузку на экипаж.

В данный момент Ми-35М является вершиной эволюционного развития семейства Ми-24. В ряде стран предпринимаются усилия по модернизации боевых вертолётов советского производства.

Наибольшую известность получили варианты модернизации, предлагаемые южно-африканской компанией Advanced Technologies and Engineering (ATE). Главные изменения в процессе повышения боевых характеристик Ми-24 вносятся в переднюю часть вертолёта. Кабиной экипажа и носовая часть имеет новую конфигурацию и современное БРЭО. Компоновка кабины обеспечивает лучший обзор, чем на Ми-24Д/В. Согласно заявлениям, сделанным представителями компании АТЕ, повышена маневренность вертолёта, что в свою очередь облегчает выполнение полета на предельно малых высотах. Благодаря использованию кевларовой брони масса вертолёта снижена на 1,5 тонны.

Алжирский Ми-24 Super Hind Mk II

В кабинах экипажа установлены цветные многофункциональные дисплеи, система спутниковой навигации, аппаратура ночного видения и компактный гиростабилизированный прицел Argos-410. Аппаратура управления вооружением модернизированного в ЮАР Ми-24В состоит из многоканального прицельного комплекса FLIR с автоматом сопровождения цели и встроенным лазерным дальномером, нашлемной прицельной системы и системы отображения информации В зависимости от варианта модернизации и пожеланий заказчика состав БРЭО может существенно меняться.

В настоящий момент известно 4 модификации вертолёта, обозначаемого как Мi-24 Super Hind. Первая модификация Super Hind Mk II, созданная по заказу Алжира, появилась в 1999 году. В настоящее время вертолёты Super Hind Mk II, Mk III и Mk IV поставлены в вооруженные силы Алжира, Азербайджана и Нигерии. Переоборудование, модернизация и восстановительный ремонт Ми-24В в прошлом проводились совместно АО «Роствертол», южноафриканской компанией ATE и украинским государственным предприятием «Конотопский авиаремонтный завод «Авиакон».

Основные лётные данные модернизируемых в ЮАР вертолётов остались на уровне Ми-24В. Но основное вооружение вертолёта полностью переработано. Главным «противотанковым калибром» стали восемь наводимых по лазеру ПТУР Ingwe, с бронепробиваемостью около 1000 мм и дальностью пуска 5000 м. В ближайшее время в состав вооружения Super Hind планируется ввести ПТУР Mokopane с дальностью пуска 10 км.

Вертолёты, поставленные в Азербайджан, оснащены украинским ПТРК «Барьер-В» с дальностью пуска до 5000 м и бронепробиваемостью 800 мм за динамической защитой. На вертолёте Super Hind имеется возможность использования вооружения как советского производства, так и стандартов НАТО. В носовой части вертолета установлена дистанционно управляемая турель с 20-мм автоматической пушкой GI-2 с большими скоростями и углами наведения по горизонтали и вертикали. При массе оружия, сравнимой с 23-мм ГШ-23Л, южно-африканская 20-мм пушка с двойным питанием ведёт огонь 125 г снарядами с начальной скоростью 1040 м/с и темпом стрельбы 750 выстр/мин. Согласно заявлению компании-производителя Denel Land Systems, 20-мм снаряд с бронебойным сердечником на дистанции 100 м способен пробить 50 мм броню.

Советские боевые «двадцатьчетвёрки» имеют богатую боевую биографию. Но исторически сложилось так, что более чем в 90% боевых вылетов вертолёты задействовались не для борьбы с танками, а для огневой поддержки сухопутных подразделений, разрушения фортификационных сооружений, нанесения ударов по позициям и лагерям разного рода бандформирований и повстанцев. При этом доля используемого в авиаударах управляемого вооружения по отношению к неуправляемым средствам поражения была ничтожна, и для уничтожения наземных и надводных целей применялись преимущественно НАР, бомбы и встроенное стрелково-пушечное вооружение. Отчасти это связано с дороговизной современных управляемых ракет и сложностью их применения, но чаще всего обуславливалось площадным характером целей.

Как правило, Ми-24 выступали как своего рода летающие бронированные РСЗО, обрушивающие на противника за несколько секунд град неуправляемых ракет. Залп из 128 57-мм НАР С-5, 80 80-мм НАР С-8 или 20 тяжелых 122-мм С-13 способен не только разметать лёгкие полевые укрепления и уничтожить на большой площади живую силу противника, но и оказывает сильнейший морально-психологический эффект. Те, кому посчастливилось пережить воздушную атаку «крокодилов», не забудут её никогда.

Весьма эффективным в большинстве случаев оказывалось применение крупнокалиберных авиационных бомб, бомбовых кассет, зажигательных баков и суббоеприпасов, снаряжаемых в КМГУ. Небольшая высота сброса и относительно низкая скорость вертолёта позволяла класть бомбы с высокой точностью. Но недостатком свободнопадающих бомб можно считать необходимость пролёта над целью, что делает вертолёт уязвимым для зенитного огня. Кроме того, при сбросе бомб с малой высоты существует опасность поражения вертолёта осколками, в связи с чем необходимо использовать взрыватели с замедлением.

Хотя вертолёты Ми-24 много воевали, достоверных боевых эпизодов, где они использовались для борьбы с бронетехникой, не так много. В рамках данной публикации наибольший интерес представляет опыт боевого применения Ми-25 (экспортный вариант Ми-24Д) Ираком и Сирией.

В годы ирано-иракской войны Ми-25В довелось выполнять весь возможный спектр задач: бороться с танками, разрушать полевые укрепления и оказывать авиационную поддержку наступлению сухопутных войск, уничтожать живую силу противника на поле боя, сопровождать транспортно-десантные вертолёты, осуществлять постановку минных полей, вести разведку и корректировку артогня, распылять боевые отравляющие вещества и вести воздушный бой. Против иранской бронетехники использовались ПТУР «Фаланга», НАР С-5К/КО и контейнеры КМГУ-2, снаряженные минами и ПТАБ. Чаще всего боевые вертолёты атаковали иранские М47, М60 и Chieftain Mk5 в местах сосредоточения и на марше.

В Ираке наиболее подготовленные экипажи Ми-25 использовали тактику «свободной охоты». Сведения о местонахождении вражеских танков передавались наземными подразделениями или фиксировались авиационной разведкой. Так же иракцы активно прослушивали переговоры персов в УКВ диапазоне. На основании полученных данных планировались боевые вылеты, осуществляемые в составе пары. Ведущий осуществлял поиск бронетехники противника и осуществлял пуск ПТУР. Ведомый в свою очередь прикрывал истребителя танков и подавлял с помощью НАР зенитную артиллерию.

Подбитый иранский танк М60

Иракские вертолёты порой успешно взаимодействовали с собственными бронетанковыми подразделениями. Ми-25, действующие совместно с лёгкими противотанковыми вертолётами Aerospatiale SA-342 Gazelle, в июле 1982 года сыграли существенную роль в отражении иранского наступления под Басрой. Части 16-й, 88-й и 92-й бронетанковых дивизий Ирана понесли тяжелые потери от действий воздушных охотников. Впрочем, самим противотанковым вертолётам приходилось действовать в непростых условиях.

Зачастую пустынный характер местности с обзором до горизонта и отсутствием возвышенностей, за которыми можно было скрытно подобраться к цели, делал внезапную атаку вертолётов труднореализуемой. Это в свою очередь повышало уязвимость боевых вертолётов. Кроме того, Ми-25 были в числе приоритетных целей для иранских истребителей. В 1982 году иранцам удалось захватить Ми-25, совершивший вынужденную посадку. Эта машина была выставлена в Тегеране среди других трофеев.

Иракский Ми-25, захваченный иранцами в 1982 году

В ходе ирано-иракской войны Ми-25 впервые сошлись в воздушных схватках с другими боевыми вертолётами и истребителями противника. Данные о потерях и победах сторон довольно таки противоречивы. Зарубежные исследователи сходятся во мнении, что иранские AH-1J Cobra уничтожили в воздушных боях 6 Ми-25, потеряв при этом 10 своих машин. За 8 лет вооруженного конфликта состоялось 56 воздушных боя с участием Ми-25.

На несколько сбитых боевых вертолётов претендуют экипажи иранских «Фантомов» и «Томкэтов». Впрочем, Ми-25 не был лёгкой целью. Так, 27 октября 1982 года, иракский Ми-24 в воздушном бою в окрестностях селения Эйн-Хошь уничтожил иранский истребитель F-4. В ряде отечественных источников указывается, что «Фантом» был поражен ПТУР «Фаланга-М», что конечно невозможно. Максимальная скорость полёта противотанковой ракеты 9М17М составляет 230 м/с, что существенно меньше крейсерской скорости реактивного истребителя. А самое главное, система радиокомандного наведения «Радуга-Ф» физически не способна наводить ракеты на объекты, перемещающиеся со скоростью более 60 км/ч. Действенными средствами борьбы с воздушными целями, имевшимися в арсенале Ми-25, являются 57-мм неуправляемые ракеты и четырёхствольный 12,7-мм пулемёт ЯкБ-12,7.

Достоверно известно об использовании сирийских Ми-25 в 1982 году против израильской бронетехники в Ливане. Наступающие израильские части буквально загромоздили бронетехникой немногочисленные узкие дороги Ливана. Этим и воспользовались экипажи сирийских «крокодилов». Согласно сирийским данным в 93 боевых вылетах боевые вертолёты, не понеся потерь, уничтожили более 40 израильских банков и бронетранспортёров. Однако эти данные скорее всего завышены. Даже если сирийцам и удалось добиться стольких попаданий, это не означает, что все израильские танки были уничтожены или подбиты. Модернизированные в Израиле американские М48 и М60, а также Merkava Mk.1 собственной разработки оснащались «реактивной бронёй» Вlazer, которая с достаточно высокой степенью надёжности защищала от кумулятивных боеприпасов.

В начале 80-х ангольские Ми-25 наносили удары по колоннам армии ЮАР, вторгнувшимся на территорию страны со стороны Намибии. В числе приоритетных целей были танки Olifant Mk.1A (модификация британского танка Centurion) и бронеавтомобили огневой поддержки Ratel. Управляли вертолётами кубинские экипажи. Нет достоверных данных, сколько единиц бронированной техники им удалось уничтожить, но своеобразной реакцией на действия боевых вертолётов, можно считать активное использование противником трофейных ЗУ-23, ПЗРК «Стрела-2М», мобильных ЗРК малой дальности «Стрела-1».

Уничтоженный южноафриканский бронеавтомобиль Ratel-90

Для снижения боевых потерь вертолетчикам приходилось действовать на предельно малых высотах. В ходе ожесточенных боестолкновений к декабрю 1985 года все ангольские Ми-24 оказались потеряны или выведены из строя.

В 1986 году из СССР в Анголу было доставлено три десятка Ми-35 и запчасти для уцелевших вертолётов. С помощью советских специалистов удалось вернуть в строй несколько Ми-25. Боевые вертолёты Ми-25 и Ми-35 успешно действовали против войск ЮАР на юго-востоке страны. Впрочем, воевали на них в основном всё те же кубинцы, ангольские пилоты откровенно избегали опасных заданий.

Помимо огневой поддержки своих войск, ударов по лагерям УНИТА, атак южноафриканской бронетехники и транспортных колонн, вертолёты в ряде случаев решали транспортные задачи по доставке продовольствия и боеприпасов на передовые позиции.

Боевые «крокодилы» воевали и в другой части Африки. В 1988 году в Эфиопию в дополнение к имеющимся Ми-24А поступили Ми-35. Они активно использовались в боях с эритрейскими сепаратистами. Зимой 1989 года две группы Ми-35 атаковали двигавшуюся по дороге в горном ущелье колонну, в составе которой имелись БТР. После применения НАР С-8 и подвесных пушечных контейнеров УПК-23-250 на дороге осталось несколько горящих машин. Ми-35 результативно охотились за скоростными вооруженными катерами эритрейцев. Ми-35 успешно применялись не только против наземных, но и надводных целей. Боевым вертолётам удалось уничтожить в Красном море около десятка вооруженных скоростных катеров сепаратистов, атаковавших транспорты, ожидающие своей очереди под разгрузку или следующие в эфиопские порты.

В 1998 году Эфиопия вдобавок к уже имеющимся боевым вертолётам получила из России партию прошедших капитальный ремонт и модернизированных Ми-24В. Во время Эфиопо-эритрейского конфликта, длившегося с 1998 по 2000 год, эфиопские «крокодилы» уничтожили не меньше 15 эритрейских танков Т-54/55. Как минимум один вертолёт был сбит силами войсковой ПВО и ещё несколько получили повреждения. В феврале 1999 года один повреждённый Ми-35 совершил вынужденную посадку за линией фронта и был захвачен. Впоследствии с участием украинских специалистов вертолёт удалось восстановить, и он был включён в состав ВВС Эритреи.

Эритрейские МиГ-29 и Ми-35 на аэродроме Баренту

Уже после окончания боевых действий ещё один Ми-24В был угнан в Эритрею. Оба вертолёта в данный момент находятся на авиабазе Асмара. Их эксплуатация продолжалась до начала 2016 года. Сейчас вертолёты ввиду неудовлетворительного технического состояния в воздух не поднимаются.

Cпутниковый снимок Google Earth: боевые вертолёты и штурмовики MB.339C на авиабазе Асмара

Примерно 30 ливийских Ми-24А и Ми-25 принимали участие в гражданской войне в Чаде. «Крокодилы» применялись главным образом против живой силы и полноприводных пикапов, на которые монтировались безоткатные орудия, крупнокалиберные пулемёты и зенитные установки. Каких успехов добились ливийские боевые вертолёты неизвестно, но 7 Ми-24А и Ми-25 были потеряны. Пару «двадцатьчетверок» сбили средства ПВО, имеющиеся в распоряжении чадского диктатора Хиссена Хабре, еще два вертолёта уничтожены диверсантами на авиабазе Маатен-Эс-Сарай, а три в исправном состоянии в марте 1987 года удалось захватить на авиабазе Уади-Дум.

Захваченные вертолёты впоследствии были переданы США и Франции в знак благодарности за военную помощь в борьбе против войск Муаммара Каддафи. А помощь эта была весьма значительной: со стороны Франции в боевых действиях участвовали воздушно-десантные подразделения и две эскадрильи истребителей-бомбардировщиков «Ягуар», а из США шли массированные поставки современного вооружения, в том числе таких сложных систем как ПТУР «Тоу» и ЗРК «Хок».

В 90-2000-е годы на африканском континенте «двадцатьчетвёрки» различных модификаций воевали в Заире, Сьерра-Леоне, Гвинее, Судане и Кот-д’Ивуаре. Пилотировали их наемники из стран бывшего Варшавского договора, СНГ и ЮАР. Зачастую одного появления в небе «крокодилов» было достаточно, чтобы солдаты противоборствующей стороны разбежались в ужасе. Как и во время других локальных конфликтов, Ми-24 в центральной Африке по наземным целям применяли главным образом НАР. Потери «двадцатьчетвёрок» при этом были незначительными, вертолёты в основном бились из-за ошибок в управлении и по причине неудовлетворительного технического обслуживания. В ноябре 2004 года пять Ми-24В были уничтожены французскими войсками на земле в ответ на воздушный удар по базе французского «Иностранного легиона».

Ми-24В ВВС Кот-д’Ивуара

Ми-24В ВВС Кот-д’Ивуара, участвовавшие во внутреннем конфликте, приобретены в Белоруссии и Болгарии. Национальная принадлежность лётчиков, совершавших на них боевые вылеты, не разглашается. На части вертолётов были демонтированы подвижные четырёхствольные крупнокалиберные пулемёты. Вместо них для действий против живой силы и слабозащищенной техники подвешивались контейнеры с 23-мм пушками. Сообщается, что в начале 2017 года новая партия «двадцатьчетвёрок» прибыла на авиабазу в Абиджане.

Советские Ми-24 впервые были применены в бою в Афганистане. Но бронетехники у моджахедов не было, вертолёты оказывали огневую поддержку наземным войскам, вели охоту за караванами с оружием, наносили удары по базам и укрепрайонам мятежников. Ми-24В и Ми-24П активно воевали в ходе двух чеченских кампаний. Первый достоверно известный случай использования «двадцатьчетвёрок» против бронетехники сепаратистов зафиксирован 23 ноября 1994 года. В ходе совместного удара штурмовиков Су-25 и вертолётов Ми-24 по расположению танкового полка в Шали был уничтожен 21 танк и 14 БТР.

В начальный период операции «по наведению конституционного порядка», когда у противника ещё имелось значительное количество бронированных машин, экипажи боевых вертолётов достаточно часто применяли ракеты «Штурм-В». На 40 выпущенных неуправляемых реактивных снарядов С-8 приходился примерно один ПTУР. В ряде случаев Ми-24 привлекались к отражению атак вражеских танков. 22 марта 1995 года при отражении наступления боевиков со стороны Шали и Гудермеса, попытавшихся при поддержке бронетехники разблокировать Аргун, звено Ми-24В уничтожило 4 танка и до 170 боевиков. После этого чеченцы стали избегать лобовых атак с применением танков и БМП, используя их в качестве кочующих огневых точек. Для их выявления задействовались воздушные корректировщики-авианаводчики, в роли которых обычно выступали вертолёты Ми-8МТ. 26 марта 1995 года Ми-8МТ навёл группу из 6 Ми-24 на крупный отряд дудаевцев, передвигавшийся на автомобилях и бронетехнике. В результате было уничтожено 2 бронемашины, 17 единиц автотранспорта и более 100 бандитов.

Помимо бронетехники и транспортных средств ПТУРы интенсивно применялись для точечного уничтожения огневых точек, командных пунктов и складов с боеприпасами. Вскоре это привело к тому, что в вертолётных полках, участвовавших в боевых действиях, стала ощущаться нехватка управляемых ракет. Согласно обнародованным официальным данным в 1994-1995 годах, действиями армейской авиации в Чечне было уничтожено 16 танков, 28 БМП и БТР, 41 РСЗО «Град», 53 орудия и миномёта и много другой техники.

Во время первой кампании основными средствами ПВО чеченских боевиков были пулемётные установки калибра 12,7-14,5 мм и МЗА калибра 23-37-мм. Также имелись 85-100 зенитные орудия, использовавшиеся в советское время в противолавинной службе. Но боевая ценность крупнокалиберных зениток при стрельбе по воздушным целям без ПУЗО сомнительна. Помимо специализированных зенитных средств, огонь по вертолётам велся из лёгкого стрелкового оружия и противотанковых гранатомётов.

Безвозвратные потери Ми-24 в Первой чеченской составили 4 машины. Несколько «двадцатьчетвёрок», получив серьёзные боевые повреждения, сумели вернуться на аэродромы или совершить вынужденную посадку в расположении своих войск. Этому способствовала неплохая защищённость вертолёта. Стальная броня толщиной 4-5-мм прикрывала кабину экипажа, коробку приводов, маслобаки двигателей, редуктор и гидробак, что позволяло задержать две трети пуль. Достаточно высокую стойкость показали бронестекла кабин, хотя наибольшее число попаданий по Ми-24 происходило именно спереди, во время атаки, и больше всего доставалось кабине штурмана-оператора.

Весьма уязвимыми к боевым повреждениям являются двигатели, но в случае выхода одного двигателя из строя, второй автоматически переходил на чрезвычайный режим. Даже при простреленном редукторе и полном «масляном голодании» имелась возможность держаться в воздухе еще 15-20 минут. Чаще всего вертолёты страдали из-за прострелов гидросистемы, электросети и управления, растянутых по всему вертолету, хотя их дублирование во многих случаях позволяло спасти машину. Как и в Афганистане, подтвердилась незащищённость Ми-24 от огня сзади, на выходе из атаки вертолет имел уязвимую «мертвую зону».

Во время второй кампании вертолёты использовались с не меньшей интенсивностью. Но боевые потери Ми-24 во время проведения «контртеррористической операции» с 9 августа 1999 по 19 июня 2000 года существенно возросли и составили 9 Ми-24. Это объяснялось тем, что противник сделал соответствующие выводы и подготовился, уделив большое внимание совершенствованию ПВО. Если в 1994-1995 годах пуски ПЗРК можно было пересчитать по пальцам, то за четыре года боевики сумели накопить изрядный арсенал этого оружия. Использование управляемых противотанковых ракет во второй кампании было гораздо более редким. Что объяснялось как дефицитом ПТУР, так и малым количеством целей для них.

Оценивать эффективность Ми-24 в роли истребителя танков достаточно сложно. Эта, безусловно выдающаяся машина с успехом задействовалась во многих конфликтах, но в основном в роли штурмовых, а не противотанковых вертолётов. Следует признать, что идея «летающей БМП» оказалась несостоятельной. Как транспортно-десантное средство, Ми-24 существенно уступал вертолету Ми-8. «Двадцатьчетверки» десант возили крайне редко и, в основном, таскали на себе около 1000 кг бесполезной нагрузки в виде десантного отсека.

Если для ведения боевых действий в Европе высотности и скороподъёмности Ми-24 было в общем достаточно, то боевые действия в условиях жаркого климата и высокогорья остро поставили вопрос о повышении статического потолка. Этого можно было быстро добиться только за счет повышения мощности двигателей. Во второй половине 80-х на двигатели ТВ3-117 установили новые электронные регуляторы оборотов. Для кратковременного повышения мощности двигателей на взлете и посадке ввели систему впрыска воды перед турбиной. В результате статический потолок вертолетов Ми-24Д и Ми-24В удалось довести до 2100 м. Но для кардинального повышения боевых характеристик этого оказалось мало.

Бронированный Ми-24, спроектированный для достижения высокой скорости из-за наличия «мертвого груза» в виде десантного отсека, оказался откровенно перетяжелён. Данное обстоятельство усугубляется ещё и тем, что на вертолёте с самого начала устанавливался «скоростной» несущий винт с невысоким коэффициентом полезного действия в режиме висения. В результате на «двадцатьчетвёрках» очень сложно применять ПТУР в режиме зависания, маневрировать на невысоких скоростях и реализовывать такой эффективный приём борьбы с бронетехникой, как кратковременный вертикальный подскок из-за естественных возвышенностей, с зависанием на месте и одновременным пуском управляемых противотанковых ракет. Более того, при полной боевой нагрузке пилоты предпочитают взлетать по «самолётному», с разбегом по ВПП 100-120 метров. Таким образом, при действиях с небольших полевых грунтовых аэродромов, на взлётный вес боевых вертолётов накладываются ограничения, что естественно сказывается на ударных возможностях.

Недостатки Ми-24 стали понятны после начала эксплуатации в строевых частях, и концепция применения боевого вертолёта была пересмотрена. При проектировании перспективных боевых вертолётов конструкторы учли опыт создания и применения Ми-24. На новых машинах произошел отказ от бесполезной десантной кабины, за счёт чего удалось сократить габариты, уменьшить вес и повысить тяговооруженность.

Во времена СССР в вертолётные полки было передано около 2300 вертолетов Ми-24 различных модификаций. На момент распада Советского Союза в строю имелось немногим более 1400 Ми-24. Часть этих машин досталась «братским республикам» бывшего СССР. Наследие Советской армии использовалось в вооруженных конфликтах, вспыхнувших на постсоветском пространстве, и активно распродавалось по демпинговым ценам на международном рынке вооружений. С одной стороны, это привело к тому, что Ми-24 получили широчайшее распространение, став самым воюющим боевым вертолётом в мире, с другой стороны, число дееспособных «двадцатьчетвёрок» в странах СНГ резко сократилось.

В полной мере это относится и к нашей армейской авиации. За годы «реформ» из-за отсутствия своевременного ремонта и должного ухода на российских военных аэродромах и базах хранения сгнило немало «двадцатьчетвёрок». В настоящее время, согласно данным, опубликованным World Air Forces 2017 и Military Balance 2017, в российских вооруженных силах имеется 540 боевых вертолётов. Из них примерно 290 – Ми-24В, Ми-24П, Ми-24ВП советской постройки. Относительно недавно армейская авиация пополнилась шестью десятками Ми-24ВН и Ми-24ВМ (Ми-35М).

Впрочем, к информации, касающейся численности наших боевых вертолётов, приведенной в западных источниках, следует относиться с осторожностью. Как известно, нашим вероятным партнёрам очень свойственно завышать численный состав российской военной техники, имеющейся в войсках, оправдывая таким образом рост собственных военных расходов. К тому же, основная часть «двадцатьчетвёрок», построенных в СССР, в виду выработки ресурса находится в конце своего жизненного цикла или нуждается в капитальном ремонте и модернизации.

Продолжение следует…

/Сергей Линник, topwar.ru/

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. На сколько я знаю, получить авиадвигатели по закупкам или ленд-лизу было нереально. Англичанам и американцам, банально не хватало авиадвигателей как для самолётов,так и для танков. Вы не знаете какие средства и какие договоры были заморожены в США под оборудование и технологии, в 1939-1940гг? А это новые нефтехимические и нефтеперегонные заводы, оборудование для авиамоторных, авиационных заводов и автомобильных заводов, которое начало поступать только с1942 года

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введи свой комментарий!
Пожалуйста, введи свое имя