16 апреля 1945 года подводная лодка Л-3 потопила нацистский транспорт «Гойя». 

Подводная война как составная часть Второй мировой на всем своем протяжении отличалась небывалым трагизмом — едва ли не большим, чем тот, что сопровождал все происходившее на суше. И надо отметить, что, прежде всего, вина за это лежит на немецких подводниках — «волках Деница». Понятно, что огульно обвинять в нарушении всех и всяческих конвенций всех без исключения подводников нацистской Германии было бы неверно. Но так же неверно и забывать о том, что именно они развязали неограниченную подводную войну. А коли развязали, то, стало быть, должны нести и ответственность за ее последствия — и за тяжесть возмездия, которое было неизбежным.

Самая крупная победа советских подводников Транспорт «Гойя» с камуфляжной окраской

Увы, платить по счетам пришлось не только немецким военным морякам, но всему народу Германии. Именно так — как трагическое следствие действий германских вооруженных сил — и нужно рассматривать события, разыгравшиеся на Балтике в последние месяцы войны. Именно в это время советские подводники одержали три крупнейшие победы в Великой Отечественной, и они же стали крупнейшими трагедиями для немецких кораблей той эпохи.

30 января 1945 года подлодка С-13 под командованием капитана 3-го ранга Александра Маринеско потопила лайнер «Вильгельм Густлофф» водоизмещением 25 484 брутто-регистровых тонны (вместе с ним погибли, по официальным данным, 5348 человек, по неофициальным, свыше 9000). Через неполные две недели та же С-13 потопила лайнер «Штойбен» водоизмещением 14 690 брутто-регистровых тонн (число погибших, по разным данным, от 1100 до 4200 человек). А 16 апреля 1945 года подводная лодка Л-3 «Фрунзевец» под командованием капитан-лейтенанта Владимира Коновалова потопила транспорт «Гойя» водоизмещением 5230 брутто-регистровых тонн.

В результате этой атаки вместе с транспортом, который утонул всего через семь минут после попадания первой из двух торпед, погибли около 7000 человек. В актуальном на сегодняшний день списке крупнейших морских катастроф гибель «Гойи» стоит на первом месте по числу погибших, почти в пять раз превосходя по этому показателю легендарный «Титаник». И всего лишь в полтора раза — советский госпитальный корабль «Армения»: на борту этого судна, потопленного 7 ноября 1941 года фашистской авиацией, погибли около 5000 человек, в подавляющем большинстве раненые и медработники.

Атака «Гойи» стала кульминационным моментом последнего, восьмого похода подлодки Л-3 «Фрунзевец» в годы Великой Отечественной войны. В него она отправилась 23 марта из финского порта Турку, где советские подводные лодки из состава бригады подлодок Краснознаменного Балтийского флота базировались с сентября 1944-го.

К этому времени она уже считалась самой результативной среди советских субмарин по общему числу потопленных кораблей: к концу февраля 1945-го их счет у Л-3 перевалил за два десятка. Правда, большинство из них были потоплены не торпедами, а выставленными минами: лодка была подводным минным заградителем. Тем не менее, в счет шли все победы, и Л-3, на которой за время войны сменился второй командир (первый, капитан 3-го ранга Петр Грищенко, в конце февраля 1943-го ушел на повышение, передав командование своему помощнику Владимиру Коновалову, служившему на лодке с 1940 года), уверенно выбилась в лидеры по числу потопленных судов.

Самая крупная победа советских подводников Члены экипажа Л-3 вместе с командиром Петром Грищенко.

В восьмой поход лодка отправилась в район Данцигской бухты: операция немецкого флота «Ганнибал», целью которой была спешная эвакуация немецких войск и беженцев из Восточной Пруссии и с оккупированных земель Польши, куда уже вошли войска Красной Армии, была в разгаре. Ее не смогли прервать даже такие катастрофические потери, как потопление С-13 транспортов «Вильгельм Густлофф» и «Штойбен». И, несмотря на то, что обстоятельства их гибели прямо указывали на опасность использования для эвакуации мирного населения судов в камуфлированной окраске, идущих в сопровождении боевых кораблей, транспорт «Гойя» вышел в свой пятый и последний поход в рамках «Ганнибала» именно в таком формате. И практически сразу попал в поле зрения Л-3, не первый день подстерегавшей суда на северных подходах к Данцигской бухте.

Предыдущие попытки атаковать конвои, шедшие оттуда, не увенчались успехом по разным причинам, и потому, когда в вечерних сумерках показался транспорт «Гойя» в сопровождении двух сторожевиков, командир лодки отдал команду атаковать конвой. Лодка пошла вдогонку за целью в надводном положении, поскольку подводная скорость не позволяла ей догнать транспорт, и незадолго до полуночи выпустила по нему две торпеды с расстояния в 8 кабельтовых (чуть менее полутора километров). Через 70 секунд на борту лодки увидели два мощных взрыва: обе торпеды попали в цель. Через семь минут транспорт «Гойя», расколовшись в месте попадания торпед, пошел на дно. Спастись удалось в общей сложности 183 пассажирам и членам экипажа — их подобрали другие суда.

Советская субмарина ушла с места атаки беспрепятственно: шокированные трагедией, команды сторожевиков поспешили на помощь немногим уцелевшим, а пяток глубинных бомб сбросили явно для острастки, вдалеке от Л-3. По пути на базу подлодка еще несколько раз атаковала вражеские конвои, но результата эти атаки не принесли. 25 апреля «Фрунзевец» вернулся на базу и больше в боевые походы не выходил.

Через месяц после Победы, 8 июля 1945 года командиру лодки гвардии капитану 3-го ранга Владимиру Коновалову присвоили звание Героя Советского Союза «за образцовое выполнение боевых заданий командования, личное мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками». И на Балтике, и за ее пределами хорошо понимали, что командир лодки давно заслужил это звание, но поскольку он командовал субмариной только с 1943 года, приняв под свою руку уже гвардейский корабль (звание присвоено лодке 1 марта того же года), главным фактором стало потопление «Гойи».

В послевоенных исследованиях зарубежных специалистов, да и в отечественной исторической литературе последних двух десятилетий было модно называть гибель таких гигантов, как «Гойя», «Вильгельм Густлофф» и «Штойбен», не иначе, как преступлениями советских подводников. При этом авторы подобных утверждений напрочь забывали, что потопленные суда ни при каком старании нельзя было считать госпитальными или гражданскими. Все они шли в составе военных конвоев и имели на борту военнослужащих вермахта и кригсмарине, все имели военную камуфляжную окраску и бортовое зенитное вооружение и не имели нанесенного красного креста ни на борту, ни на палубе. И, стало быть, все три были законной целью для подводников любой страны антигитлеровской коалиции.

К тому же нужно понимать, что с борта подводной лодки любое судно, если только оно не имеет заметных при любых условиях обозначений госпитального и не идет в одиночестве, выглядит как вражеский корабль и рассматривается как законная цель. А о том, что на борту «Гойи», который до начала участия в операции «Ганнибал» служил мишенью для учебных торпед «волков Деница», находятся не только военные, но и беженцы, командир Л-3 мог только догадываться. Мог — но не был обязан. А потому, рассмотрев крупный транспорт под конвоем двух сторожевиков, логичным образом предположил, что судно военное и является законной целью.

Самая крупная победа советских подводников

… Сегодня рубка подлодки Л-3 занимает почетное место в экспозиции Парка Победы на Поклонной горе в Москве. Сюда ее перевезли из Лиепаи, где она до начала 1990-х стояла у здания штаба 22-й бригады подводных лодок. Появилась она там в начале 1970-х, когда легендарный «Фрунзевец» закончил свою военную службу, пройдя все обычные для дизель-электрической подлодки стадии: действительная военная в качестве боевого корабля до 1953 года, потом — переклассификация в учебную и служба в этом качестве до 1956 года, затем — разоружение и служба в роли учебной станции по борьбе за живучесть и, наконец, исключение 15 февраля 1971 года из списков флота для разделки на металл.

Корабль на четыре года пережил своего знаменитого командира: Владимир Коновалов умер в 1967 году, дослужившись до звания контр-адмирала и поста замначальника кузницы кадров русских подводников — Высшего военно-морского училища подводного плавания имени Ленинского комсомола. И надо думать, его рассказы о военной службе и одержанных победах уверили в справедливости выбранной стези не один десяток курсантов-подводников.

/Сергей Антонов, rusplt.ru/

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. а по мне, так если все эвропэйцы скопом и сразу дадут дуба — этим они не искупят всех своих грехов…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введи свой комментарий!
Пожалуйста, введи свое имя