Операция в Сирии показала слабые места ВКС

Российская военная кампания в сирийском небе продолжается, пусть и в несколько ужатом формате. Тем не менее, решение президента вывести часть сил и средств из арабской республики – основание для подведения первых итогов.

По официальным данным, с 30 сентября прошлого года по 14 марта нынешнего Воздушно-космические силы РФ выполнили в целях борьбы с запрещенным в нашей стране ИГ более девяти тысяч вылетов, поддерживая исключительно высокий темп: от 60 до 80 в сутки. Основная часть работы проделана авиационной бригадой особого назначения, развернутой в Хмеймиме.

Но в общее число также вошли вылеты дальних и стратегических бомбардировщиков в ходе операции «Возмездие», проведенной в ответ на взорванный террористами пассажирский А-321 компании «Когалымавиа». Учтены и рейсы военно-транспортной авиации, перевозившей грузы с территории России в Сирию и обратно. Об интенсивности и эффективности воздушного моста говорит тот факт, что только за два месяца силами ВТА было переброшено свыше 214 тысяч тонн. Часть боевого «трафика» пришлась на самолеты-разведчики.

В начале операции суточный показатель редко превышал 30–40 вылетов, лишь эпизодически достигая обозначенной Верховным главнокомандующим отметки 60. Но с середины декабря начал неуклонно расти. Пик пришелся на конец января – середину марта. Для поддержания такого высокого темпа на авиабазу «Хмеймим» были переброшены дополнительные фронтовые бомбардировщики Су-24 и Су-34.

Операция в Сирии показала слабые места ВКС

Особо отметим: при феноменальной интенсивности боевой работы экипажи и наземный обслуживающий персонал не допустили ни одного летного происшествия. Для сравнения: в ходе тринадцатидневной операции «Восход Одиссея» в Ливии в 2011 году авиация НАТО в результате ЧП и отказа техники потеряла американский многофункциональный истребитель F-15E и один беспилотник. Так что если бы не сбитый турецкими ВВС фронтовой бомбардировщик Су-24М и погибший в ходе поисково-спасательной операции Ми-8АМТШ, наши Воздушно-космические силы могли победить боевиков всухую.

Отсутствие у террористов и непримиримой оппозиции современных средств ПВО сделало воздушное пространство Сирии идеальным местом для апробации всего арсенала высокоточного оружия, имеющегося у России. Причем его основу составили уже не советские запасы, а образцы, созданные и поставленные в войска лишь несколько лет назад.

Как можно точнее

На момент начала воздушной операции в Сирии на авиабазе «Хмеймим» было развернуто 12 фронтовых бомбардировщиков Су-24, столько же штурмовиков Су-25, по четыре ударных Су-34 и многоцелевых Су-30. Уже в ходе кампании командование перебросило в Сирию дополнительно четыре Су-34 и столько же Су-24. А в конце января в Латакии появились и четыре новейших Су-35, призванных защитить бомбардировщики и штурмовики авиабригады особого назначения от провокаций со стороны турецких ВВС.

После решения Владимира Путина о выводе войск в Россию вернулись не только все штурмовики Су-25, но и четыре фронтовых бомбардировщика Су-24, столько же Су-34. Кроме того, по данным «ВПК», с декабря прошлого года по январь нынешнего прошла ротация нескольких Су-24, замененных на аналогичные машины, переброшенные с территории России.

Почти из девяти тысяч боевых вылетов основной объем пришелся на наиболее многочисленные самолеты авиабригады особого назначения – бомбардировщики Су-24М2 и Су-24М, оснащенные вычислительной подсистемой СВП-24. Именно эти машины вместе со штурмовиками Су-25СМ стали основными носителями неуправляемых авиационных средств поражения (АСП).

Проверенные временем авиационные ракеты Х-25 и Х-29 тоже применялись, но все же высокоточным «оружием выбора» ВКС России стали корректируемые авиабомбы КАБ-500С. КАБ-500-ОД и более тяжелые КАБ-1500 использовались эпизодически.

Доля примененного Россией в Сирии ВТО пока, конечно, далека от показателей США и НАТО (в конфликтах нынешнего тысячелетия – до 80 процентов). Но в сравнении с августовской операцией 2008 года против Грузии прогресс разителен – не только в оснащении ВКС высокоточными АСП, но и в эффективной тактике их применения.

Модернизированные прицельно-навигационные комплексы фронтовых бомбардировщиков Су-24 и штурмовиков Су-25 позволили гораздо эффективнее поражать площадные цели и полевые укрепления боевиков обычными бомбами. Но в населенных пунктах, где десяток метров отклонения означает жертвы среди мирного населения и ненужные разрушения, альтернативы высокоточному оружию, увы, нет.

Поэтому на втором месте по интенсивности боевого применения после Су-24М стоят многофункциональные Су-34, ставшие основными носителями ВТО. Примечательно, что некоторые из «тридцать четвертых» за пять с половиной месяцев выполнили более чем по триста боевых вылетов.

В то же время приходится констатировать: продолжающиеся между нашим ОПК и командованием ВКС многолетние споры о том, что лучше – встроенные оптико-локационные станции или подвесные контейнеры, затянулись. А на вооружении ударных самолетов нет ни тех, ни других.

Даже несмотря на изначально сомнительную концепцию Су-34 и уже морально устаревшую – из-за сложного и долгого пути внедрения в серийное производство – бортовую оптико-локационную станцию «Платан», именно эти многофункциональные машины оказались наиболее эффективной платформой, позволяющей задействовать весь ассортимент высокоточного оружия.

И еще: массовое применение российскими ВКС в Сирии авиационных средств поражения со спутниковым наведением стало возможным только после того, как в 2011–2012 годах орбитальная группировка ГЛОНАСС была доведена до полного состава. Она позволила гарантированно поражать отдельные здания и ключевые объекты инфраструктуры боевиков с минимизацией побочного ущерба.

Но при всей своей эффективности боеприпасы со спутниковой коррекцией, к сожалению, не являются универсальным чудо-оружием, способным решать любые задачи, стоящие перед ВКС. «Космической» точности не всегда достаточно для поражения малоразмерных, хорошо укрепленных объектов, бункеров. Бесполезны такие боеприпасы и против движущихся целей. Конечно, дальность и высота применения КАБ-500С защищают их носителей от ПЗРК и зенитной артиллерии, но почти любой комплекс ПВО малой дальности, включая устаревшие, уже представляет для самолета серьезную опасность.

В сирийской операции российское командование столкнулось с той же проблемой, что и американцы при широком внедрении высокоточного оружия в 90-е годы прошлого века. Даже такой простой боеприпас, как КАБ-500С, совсем не дешев. Каждая бомба стоит, как автомобиль премиум-класса, да и запасы невелики, что заставило расходовать их экономно. В ходе авиаударов в Сирии редкая цель удостаивалась более одной КАБ-500С за вылет, чего не всегда хватало для гарантированного уничтожения.

Российское военное ведомство, вероятно, не раз пожалело, что в его распоряжении пока нет аналогов JDAM – комплектов для сравнительно недорогого переоборудования бездонных российских запасов ФАБ и ОФАБ в высокоточное оружие. Это тем более досадно, что такие разработки уже не являются достоянием лишь передовых в технологическом отношении стран. Такие комплекты освоены и производителями вооружений второго эшелона вроде Турции и ЮАР.

Не приходится пока говорить и о еще более эффективных преобразованиях обычных средств поражения в высокоточные, когда добавлением плоскостей и двигателей старые чугунные бомбы превращаются в ВТО, способное поражать цели противника на большой дальности.

Посильная нагрузка

Одним из самых знаковых событий российской кампании в Сирии стало применение крылатых ракет морского и воздушного базирования. Точное число запущенных КР неизвестно. Согласно докладу Сергея Шойгу на совещании 20 ноября прошлого года на тот момент дальней авиацией и Военно-морским флотом была применена 101 ракета.

Если суммировать цифры из докладов и заявлений российского военно-политического руководства, только ВМФ отработал по целям в Сирии как минимум 46 крылатыми ракетами «Калибр-НК». Примечательно, что залповые пуски новейших КР в таком количестве не отрабатывались ранее ни на испытаниях, ни в ходе учений. Но первый опыт оказался весьма удачным.

Операция в Сирии показала слабые места ВКС

Конечно, не все из ракет достигли целей, но процент неудач сопоставим с 10–16, продемонстрированными американскими КР в иракской кампании 2003 года и «Томагавками» времен «Бури в пустыне». Российский флот обрел способность высокоточного неядерного удара на сотни и тысячи километров, что заметно усиливает возможности проекции силы вдали от своих границ.

На фоне громкого старта морских крылатых ракет осталось почти незамеченным успешное применение в Сирии Х-555 и новейших малозаметных Х-101. Конечно, наличие таких АСП в арсенале российской дальней авиации, а также их возможности вряд ли были для кого-то секретом. Тем не менее и для этих ракет Сирия стала боевым дебютом.

Остается сожалеть, что даже модернизированные Ту-22М3, на которые пришлась основная часть вылетов дальней авиации, по-прежнему действовали исключительно неуправляемыми бомбами. Хотя часть привлеченных для ударов по позициям боевиков «Бэкфайров» оборудовали специально доработанными под эти машины вычислительными подсистемами СВП-22 фирмы «Гефест», обеспечивающими высокую точность обычных свободнопадающих бомб.

Из-за ограниченной дальности полета без дозаправки и для минимизации побочного ущерба бомбовая нагрузка Ту-22М3 была сильно урезана. Продемонстрированный в Сирии типовой комплект из 12 бомб калибра 250 кг характерен скорее для тактической, чем для стратегической авиации. Но если бы каждая из них была корректируемой, к примеру, КАБ-500С, то даже такая нагрузка сделала бы Ту-22М3 значительно более опасными для площадных целей высокой важности: нефтеперерабатывающих заводов террористов, военных баз и аэродромов потенциальных противников.

Фактически все воздушные операции стран НАТО, будь то в Ираке, Ливии или Афганистане, не проходят без самолетов-заправщиков, интенсивность применения которых зачастую в разы перекрывает показатели штурмовиков, истребителей и бомбардировщиков. А вот российские воздушные танкеры приняли весьма ограниченное участие в операции в Сирии, в основном обеспечивая топливом ракетоносцы Ту-160 и Ту-95МС.

Наши истребители, фронтовые бомбардировщики и штурмовики, что при перелете из России в Сирию осенью прошлого года, что при выводе войск нынешней весной, не дозаправлялись в воздухе, ограничившись только подвесными топливными баками.

Как признались «ВПК» представители ВКС, пока количество самолетов-заправщиков и их тактико-технические характеристики не могут обеспечить эффективное применение российских ударных машин на большую дальность. Воздушный танкер должен не только перевозить нужное количество топлива, но и достаточно долго находиться в небе. Пока вся надежда только на Ил-96-400ТЗ, переоборудование которых идет на авиазаводе в Воронеже.

Есть и организационные проблемы. Сейчас танкеры подчиняются командованию дальней авиации и в первую очередь обеспечивают ее боевую работу, а для дозаправки фронтовых бомбардировщиков и истребителей привлекаются по остаточному принципу.

Беспилотники испытывают терпение

Нельзя отрицать, что серьезные успехи сирийских правительственных войск – во многом заслуга российской авиационной бригады особого назначения. Су-25 и Ми-24П почти непрерывно осуществляли непосредственную огневую поддержку наземных сил.

Но если боевая работа ударных вертолетов постоянно попадала на различные видео с места событий, то штурмовикам, наносящим удары по позициям боевиков с использованием неуправляемых ракет и авиационных бомб, посвящены только три ролика. Хотя «Грачи» работали в небе Сирии очень интенсивно, иногда выполняя пять-шесть вылетов в сутки.

Попутно отметим, что управляемые ракеты использовались экипажами вертолетов Ми-24П достаточно редко. Их «оружием выбора» так и остались НАР, применявшиеся в Сирии для поражения не только стационарных, но и мобильных целей, в том числе бронетехники.

Операция в Сирии показала слабые места ВКС

К сожалению, следует признать, что если уничтожение стационарных объектов в Сирии не представляло проблемы для наших ВКС, то борьба с мобильными целями, вооруженными пикапами и просто малыми группами боевиков по-прежнему представляет сложность и сопряжена с риском для пилотов, так как действовать приходится на низких высотах в условиях применения противником стрелкового оружия и ПЗРК.

Современный мировой опыт борьбы с терроризмом и противоповстанческих действий показывает: оптимальным решением здесь являются ударные беспилотники, оснащенные управляемыми ракетами, иногда корректируемыми бомбами. Это по-настоящему высокоточное оружие, которое позволяет поражать такие цели с минимальным побочным ущербом.

В Сирии и соседнем Ираке применяются ударные дроны китайского и даже иранского производства, но аналогичные российские изделия все еще находятся на стадии испытаний. И сегодня это, пожалуй, самое слабое место наших ВКС.

Не сумели закрыть нишу беспилотников и ударные вертолеты. Новые Ми-35М были слишком немногочисленны, а наиболее современные Ми-28Н и Ка-52 с развитыми прицельно-обзорными системами появились считанные дни назад, правда, уже успели вступить в бой. Но даже им приходится экономить «умные» ракеты.

Управляемые ракеты, которыми оснащаются наши вертолеты, вполне эффективны для борьбы с бронетехникой и автотранспортом, но из-за габаритных ограничений их осколочно-фугасные и термобарические варианты заметно уступают по мощности аналогичным версиям популярной американской AGM-114 «Хеллфайр» (Hellfire). Более того, запасы таких изделий Воздушно-космическими силами России пока только создаются.

Между тем одному Ираку с его скромными ВВС приходится в борьбе с ИГ расходовать сотни термобарических и осколочно-фугасных «Хеллфайров» в месяц. Достаточно сказать, что в нынешнем году Госдеп США одобрил продажу Багдаду пяти тысяч таких ракет, правда, часть из них будет в противотанковом варианте.

/Алексей Рамм, Антон Лавров, vpk-news.ru/

5 КОММЕНТАРИИ

  1. Даже несмотря на изначально сомнительную концепцию Су-34 и уже морально устаревшую – из-за сложного и долгого пути внедрения в серийное производство – бортовую оптико-локационную станцию «Платан», именно эти многофункциональные машины оказались наиболее эффективной платформой, позволяющей задействовать весь ассортимент высокоточного оружия.

    Это как так? Концепция Су 34 устарела, а многофункциональные машины оказались очень эффективными???. Увы это далеко не так. Проблем у Су 34 хватает, поэтому сейчас машина проходит модернизацию, и в 2020 году будет модернизированный вариант первого этапа

    Из-за ограниченной дальности полета без дозаправки и для минимизации побочного ущерба бомбовая нагрузка Ту-22М3 была сильно урезана. Продемонстрированный в Сирии типовой комплект из 12 бомб калибра 250 кг характерен скорее для тактической, чем для стратегической авиации. Но если бы каждая из них была корректируемой, к примеру, КАБ-500С, то даже такая нагрузка сделала бы Ту-22М3 значительно более опасными для площадных целей высокой важности: нефтеперерабатывающих заводов террористов, военных баз и аэродромов потенциальных противников.

    Если я правильно помню, то дальность Ту 22М3 без дозаправки никак не менее 7 000 км, это достаточно чтобы пролететь от Москвы до Якутска, а до Сирии ближе будет, вот нагрузку КАБ-500С
    надо увеличить. Да и сколько же его можно «модернизировать» заколебали уже. Он будет на вооружении до 2030 года. А не вариант его в 2023 году списать? Там ведь будет «летающее крыло» Ту летать?

    Х-101 это очень дорого. Да она летит на дальность 5500км, но по моему её и под Су 34 можно подвесить, (2 штуки) (масса до 5 000 кг, 2 штуки) чтоб керосин не сжигать в огромных количествах (Ту 22М3, Ту 160).

    Надо дополнительно подвесить ПТБ 1500 2 штуки, ограничить скорость, и при меньшем количестве топлива чем у Ту 22М3 Су 34М вполне будет эффективен.

    Как признались «ВПК» представители ВКС, пока количество самолетов-заправщиков и их тактико-технические характеристики не могут обеспечить эффективное применение российских ударных машин на большую дальность. Воздушный танкер должен не только перевозить нужное количество топлива, но и достаточно долго находиться в небе. Пока вся надежда только на Ил-96-400ТЗ, переоборудование которых идет на авиазаводе в Воронеже.

    Наконец то дошло до дураков, а то эти кретины из МО не знали что нужны топливозаправщики.

    • То, что машина проходит модернизацию не значит что она плоха. Это значит, что разработчики думают вперёд, а машина, по моему, отработала на пять баллов.
      Для чего списывать то, что ещё может послужить. Амеры свои линкоры сколько в строю держали?
      Как показывает Сирия в МО далеко не кретины. А в этой операции заправщики не очень полезны, Сирия не очень большая страна.

  2. Сейчас в МО кретинов нет. Кто так говорит, по-видимому сам человек недалекий. Вся Сирия пролетается нашими самолетами за десятки минут. Какой же чудак будет гонять туда топливозаправщики. Вот когда из Сирии будут наноситься удары по базам пиндосов, тогда они понадобятся. Скоро увидим, или не увидим.

  3. СВП-24 обеспечивает совмещение цели с местоположением носителя с поправкой на траекторию полета бомбы, рассчитываемой бортовым вычислительным комплексом с учетом гидрометеоусловий и ее баллистики. Причем результативность бомбометания с СВП-24 мало зависит от погодных условий и дальности видимости в районе цели, поскольку она определяется системой ГЛОНАСС и работой бортовых систем самолета. И обычный боеприпас приобретает результативность, соизмеримую с высокоточным оружием. В среднем для поражения одного объекта требуется чуть более одного самолетовылета — 1,16. Это очень хороший результат.
    Наша система действительно принципиально отличается от американской концепции превращения в высокоточное оружие обычных бомб — JDAM. В США на бомбы свободного падения устанавливают комплекты, обеспечивающие их наведение на цель по данным GPS. То есть превращают обычные бомбы в управляемые. Стоимость такого боеприпаса значительно возрастает (комплект стоит около 26 тыс. долларов). Грубо говоря, американцы ставят комплекты на бомбы, которые уничтожаются при взрыве, мы же оснащаем ими самолеты.
    Сожалеть надо о своей неосведомлённости в этой теме.
    Разница в соотношении применимых ВТО России и НАТО есть, и разница эта в том, что ВКС используя неуправляемые бомбы и новую прицельную систему фактически наносила высокоточные удары.
    Самолеты заправщики использовались только при пролёте стратегов вокруг Европы. А в целом они не нужны для работы в Сирии.
    Интересно откуда автор узнал, что не все наши ракеты Калибр достигли цели? Из турецких новостей? Щойгу докладывал о пусках ракет и количестве целей, ракет было больше чем целей, по его словам все цели поражены, так значит каким то целям досталось не по одной ракете.
    Умиляет и «сожаление» по поводу использования в большей части НУРСов вертолетами и при этом рассказывается что основные цели это пикапы с пулемётами. А ведь в армии не совсем глупые люди и не стреляют «из пушек по воробьям».

    • Да мне тоже было интересно, откуда некоторые узнали что не все «калибры» долетели до цели, да ещё указывали число не долетевших до цели ракет.
      В Российской и американской системе наведения используется система глобального позиционирования, с той разницей что Российская многоразовая и относительно дешёвая, а американская — одноразовая и дорогая, при равнозначной эффективности.
      И что хотел сказать автор в своей статье — что американская лучше?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введи свой комментарий!
Пожалуйста, введи свое имя